Стихи про июль

В полях созрел ячмень.
Он радует меня!
Брожу я целый день
По волнам ячменя.

Смеется мне июль,
Кивают мне поля.
И облако — как тюль,
И солнце жжет, паля.

Блуждаю целый день
В сухих волнах земли,
Пока ночная тень
Не омрачит стебли.

Спущусь к реке, взгляну
На илистый атлас;
Взгрустнется ли,- а ну,
А ну печаль от глаз.

Теперь ли тосковать,
Когда поспел ячмень?
Я всех расцеловать
Хотел бы в этот день!

Так приближается удар
За сладким, из-за ширмы лени,
Во всеоружьи мутных чар
Довольства и оцепененья.

Стоит на мертвой точке час
Не оттого ль, что он намечен,
Что желчь моя не разлилась,
Что у меня на месте печень?

Не отсыхает ли язык
У лип, не липнут листья к нёбу ль
В часы, как в лагере грозы
Полнеба топчется поодаль?

И слышно: гам ученья там,
Глухой, лиловый, отдаленный.
И жарко белым облакам
Грудиться, строясь в батальоны.

Весь лагерь мрака на вид
Полнеба топчется поодаль?
В чаду стоят плетни. В чаду -
Телеги, кадки и сараи.

Как плат белы, забыли грызть
Подсолнухи, забыли сплюнуть,
Их всех поработила высь,
На них дохнувшая, как юность.

_________

Гроза в воротах! на дворе!
Преображаясь и дурея,
Во тьме, в раскатах, в серебре,
Она бежит по галерее.

По лестнице. И на крыльцо.
Ступень, ступень, ступень.- Повязку!
У всех пяти зеркал лицо
Грозы, с себя сорвавшей маску.
1915

I

Пахнет гарью. Четыре недели
Торф сухой по болотам горит.
Даже птицы сегодня не пели,
И осина уже не дрожит.

Стало солнце немилостью Божьей,
Дождик с Пасхи полей не кропил.
Приходил одноногий прохожий
И один на дворе говорил:

«Сроки страшные близятся. Скоро
Станет тесно от свежих могил.
Ждите глада, и труса, и мора,
И затменья небесных светил.

Только нашей земли не разделит
На потеху себе супостат:
Богородица белый расстелет
Над скорбями великими плат».

2
Можжевельника запах сладкий
От горящих лесов летит.
Над ребятами стонут солдатки,
Вдовий плач по деревне звенит.

Не напрасно молебны служились,
О дожде тосковала земля!
Красной влагой тепло окропились
Затоптанные поля.

Низко, низко небо пустое,
И голос молящего тих:
«Ранят тело твое Пресвятое,
Мечут жребий о ризах Твоих».

1.

32 июля
холодно
а вчера был зной

Каспарян говорит:
давай еще по одной?

Москва лежит перед нами как какой-то склад
как завод
только дым
и чад
из ресторанов
на морозе его видней

газеты запрещены
повсюду — лишь пластик
бумажные деньги теперь принимают за треть цены

каждый третий русский думает — он японец
на даче у каждого — сад камней

2.

на Воробьевых горах
мы разожгли костер
печем в углях
голубей

раннее утро
небо становится все светлей
голубей

реклама вдоль дороги говорит:
служба незанятости. гражданин, убей
время

3.

конечно, я знаю, что скоро пойду ко дну

меня арестуют
вспомнив мою вину
позабытый грех
двадцатилетней давности
какой-нибудь штраф, налог

Каспарян боится
поскольку он одинок

но самое худшее -
это
всего лишь смерть

4.

я не боюсь
поскольку люблю жену

она лучше всех

если бы она должна
была
за меня умереть
то она бы, конечно, сперва испугалась
а потом умерла

вот
она
знает, что у меня до утра — дела
и я неизвестно где
и сутки уже не звоню

а она сидит и думает:
пусть, я его ни в чем не виню
и качается туда-сюда
в кресле
как нервный больной

вот я и
думаю,
в день приговора
она, наверное, просто
умрет
со мной

С полудня парило.

И вот
По проводам порхнула искра.
И ветер телеграмму рвет
Из хилых рук премьер-министра.
Над гарью городов гроза.
Скатилась жаркая слеза
По каменной скуле Европы.
Мрачнеют парки. Молкнет ропот.
И пары прячутся.

И вот
Тот выстрел по австрийской каске,
Тот скрюченный громоотвод.
И лиловеет мир, как в сказке.
Ещё не против и не за,
Глядит бессмысленно гроза
И дышит заодно со всеми.
Внизу — кровати, книги, семьи,
Газоны, лошади…

И вот
Черно на Марне и на Висле.
По линии границ и вод
Кордоны зоркие нависли.
Скосив огромные глаза,
В полнеба выросла гроза.
Она швыряет черный факел
В снопы и жнивья цвета хаки.
Война объявлена.

Между лиловых облаков
Однажды вечера светило
За снежной цепию холмов,
Краснея ярко, заходило,
И возле девы молодой,
Последним блеском озаренной,
Стоял я бледный, чуть живой,
И с головы её бесценной
Моих очей я не сводил.
Как долго это я мгновенье
В туманной памяти хранил.
Ужель всё было сновиденье:
И ложе девы, и окно,
И трепет милых уст, и взгляды,
В которых мне запрещено
Судьбой искать себе отрады?
Нет, только счастье ослепить
Умеет мысли и желанья,
И сном никак не может быть
Всё, в чем хоть искра есть страданья!

Что хорошего в июле?
Жуткая жара.
Осы жалятся как пули.
Воет мошкара.
Дождь упрямо избегает
тротуаров, крыш.
И в норе изнемогает
Полевая мышь.
Душно в поле для овечки,
В чаще для лося.
Весь июль купайся в речке
вместо карася.

Июль зеленый и цветущий.
На отдых танки стали в тень.
Из древней Беловежской пущи
Выходит золотой олень.
Короною рогов ветвистых
С ветвей сбивает он росу
И робко смотрит на танкистов,
Расположившихся в лесу.
Молчат угрюмые солдаты,
Весь мир видавшие в огне.
Заряженные автоматы
Лежат на танковой броне.
Олений взгляд, прямой и юный,
Как бы навеки удивлен,
Ногами тонкими, как струны,
Легко перебирает он.
Потом уходит в лес обратно,
Спокоен, тих и величав,
На шкуре солнечные пятна
С листвой пятнистою смешав.

Вы знакомы-то пару дней,
но он тебе рад:
скалит белые зубы -
скорлупки уличных сцен.
Ты изучаешь язык его автострад:
читаешь неплохо,
но вслух заметен акцент.

Город-лето: медовый воздух,
птичий окрас,
крабий панцирь асфальта
на теплой его спине.
Ты обычно не против тепла,
но не в этот раз.
В этот раз если что и спасёт -
только белый снег.

Ложишься на верхнюю полку,
как хлеб в тандыр:
пирог из слоёного текста -
горький внутри.
Всё вокруг гудит и стрекочет
«Воды! Воды!»
Пересохшие горла колодцев
рождают хрип.

Ну же, едем домой,
переходим на зимний стиль:
злые белые строки, прохлада игристых вин.
Ложка в чьём-то стакане звенит
о твоей уязвимости
«…уязвим, уязвим,
уязвим, уязвим, уязвим…»

Июль — макушка лета, -
Напомнила газета,
Но прежде всех газет -
Дневного убыль света;
Но прежде малой этой,
Скрытнейшей из примет, -
Ку-ку, ку-ку, — макушка, -
Отстукала кукушка
Прощальный свой привет.
А с липового цвета
Считай, что песня спета,
Считай, пол-лета нет, -
Июль — макушка лета.

Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.