Стихи о поваре

Где влажная жара клубится, одевая
Отроги в синюю вуаль,
На острове живет колония тефаля.
Как выглядит тефаль?

Он зверем кажется на травянистом склоне,
На скалах — птицею и рыбою в воде.
Тефали водятся лишь в нашем регионе
И более нигде.

В тефале что-то есть от лося и лосося,
Пингвина и коня, Бодлера и Рембо, -
Но всем, кому его отведать довелося,
Забыть его слабо.

Я не сравню его с курятиной бездушной,
Парной говядиной, развалистой треской:
Он весь оксюморон — как типа змей воздушный
Или конек морской.

Откуда здесь они — никто и знать не знает,
Тем более сейчас.
Но это пустяки. Тефаль все время занят.
Он думает о нас.

Конкретно — о тебе. Они не знают, где ты,
Поэтому с утра слоняются в тоске.
На скудном острове кругом твои портреты -
На скалах, на песке.

До осени тефаль нагуливает жиру.
К исходу августа приморский наш Кобзон
Выходит на газон и объявляет миру,
Что начался сезон.

Туристы ломятся. Корабль, едва причаля,
За новой порцией отходит в Старый Свет.
Наш город в основном живет за счет тефаля:
Промышленности нет.

Когда они поют, их можно брать руками.
Вглубь острова рыбак уходит налегке,
А возвращается — десяток на кукане
И пара-тройка в рюкзаке.

Они не убегут. Хватай их так и этак,
За гривы и хвосты, -
Что им до рыбаков, куканов их и сеток?
Ведь это все не ты.
В начале сентября из океанских далей
Под бешеный бакланий гам
Шаланды, полные тефалей,
Приходят к нашим берегам.

Тут начинается подобье фестиваля:
Сдирая кожицу и косточки грызя,
Три бесконечных дня весь город жрет тефаля.
Хранить его нельзя.

Божась, и брызгаясь, и руки воздевая,
Часами повара горланят о своем:
Как лучше есть тефаля?
Варить его? Солить? Заглатывать живьем?

Об этом спорили до драк и зуботычин,
Признав в двухтысячном году,
Что в виде жареном он просто фантастичен -
И в честь его теперь зовут сковороду.

Кафе распахнуты. Нежнейший запах дразнит.
Везде шкворчит тефаль, а шкуру жрут коты.
Лишь на четвертый день к концу подходит праздник.
Тогда выходишь ты.

Стихает чавканье. Не смеет ветер дунуть.
Жратвой пропахший порт магнолией запах.
«Тефалю есть о ком подумать!» -
Звучит на разных языках.

Ты медленно идешь — чем дальше, тем усталей -
Перед ликующей толпой,
И тот, кто больше всех сумеет съесть тефалей,
На этот вечер спутник твой.

Ты движешься как рок, как буря, как менада,
В сравнении с тобой все тускло, все черно.
Кто увидал тебя, тому уже не надо
Буквально ничего.

Они бросают все и едут жить на остров,
Чтоб им хоть издали мелькала тень твоя.
Жить в городе нельзя: у нас ведь с девяностых
Не строится жилья.

Здесь только те живут, кто получил в наследство
Убогие дома, ползущие к волнам.
У нас иммунитет, тебя мы знаем с детства,
Но думать о тебе опасно даже нам.

Ты проскользишь по мне огнем и влагой взора -
Но это так, деталь.
Мне думать о тебе нельзя. Иначе скоро
Я стану как тефаль.

А гости все летят из Франций и Австралий,
Как бражник на свечу.
Так пополняется колония тефалей.
Я знаю, но молчу.

И там, на острове, томясь жарою скушной
И безысходною тоской,
Они становятся как типа змей воздушный
Или конек морской.

Ты медленно идешь, то поправляя тогу,
То поводя плечом.
Я отвожу глаза. На свете, слава Богу,
Подумать есть о чем.

Маргарита,
твой взор и ледяные бури
острей, чем с барбарисом абxазури,
душистей молодого лука
сверx шашлыка,
но, как полынь, моя любовь горька,
чиxаю, сам не свой
рычу навзрыд, -
потерял я запаx вкусовой.
Уже не различаю чеснока,
острой бритвой мне сердце режет
молодая луна -
твоя золотая щека.
Страдаю, как молодой Вэртэр,
язык мой,-
голый дьявол,-
скоро попадет на вэртэл!..
Шен генацвали, шен черимэ,
Мэримэ!
Бросаю к твоим сливочным ногам
бокал с колбасой
и утопиться
бегу
в Куру -
ВЕСЬ ГОРЯЩИЙ
и босой!

Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.